Когда я встретил её, я понял, что эта девушка станет моей женой.
Я сделал ей предложение в первый день весны, потому что именно в этот день весь мир начинает дышать заново — так же, как начал дышать я в момент нашей первой встречи.
Мы поднялись на крышу старого особняка на закате. Стеклянный купол над нами сиял мягким золотом, а вокруг, словно специально для нас, расцвели первые подснежники в керамических кадках.
Я ждал этого момента три месяца — три месяца её улыбок, её привычки кусать губу, когда она задумывается, её удивительной способности находить красоту в простых вещах.
Я опустился на одно колено прямо под центром купола, где солнечные лучи собирались в маленькое сияющее пятно.
Когда она увидела кольцо, её глаза стали больше самого неба над нами. Она не плакала — она улыбалась, и в этой улыбке было целое лето.
«Да», — сказала она, и даже ветер, казалось, замер, чтобы услышать это слово.
Я понял, что в тот момент мы стояли не просто на крыше. Мы стояли в самом начале нашей вечности — под куполом, который пропускал свет, но удерживал внутри самое главное: нашу любовь.